— К сентябрю уже накопились долги по выплатам за три месяца. Нам обещали, что все долги погасят. Но никаких подвижек... Игроки подошли ко мне, объяснили, что им нужно содержать семьи, выплачивать кредиты. Попытался на время их успокоить, пообещал поговорить с руководством. Парни смогли сосредоточиться на работе. В итоге в сентябре «Серик» одержал две победы, еще три встречи завершились вничью.

— Но в октябре ситуация с выплатами не изменилась.

— Да. Кто-то не получал зарплату уже три месяца, кто-то - четыре. Футболисты вновь подошли ко мне и заявили, что намерены бойкотировать тренировки. Я их понял, вошел в положение. Сам же был футболистом. Два дня команда не тренировалась. И в таком состоянии мы поехали на игру с «Пендиспором» (0:4).

— А был вариант бойкотировать игру?

— Нет. Это был бы серьезный удар по репутации клуба и самих футболистов. Нам не только засчитали бы поражение со счетом 0:3, но еще и сняли бы дополнительные три очка. Поэтому вышли на матч, но, конечно, без мотивации. Глаза ни у кого не горели. Уступили. После этого матча я уже не видел особого смысла продолжать работу в «Серике» в таком режиме.

— Почему?

— Потому что изначально звучали совершенно другие обещания. Перед моим назначением в «Серикспор» мы общались с Туфаном Садыговым. Он заявил, что ситуации с «Химками» не повторится, потому что в Турции у клуба будет другой бюджет, все выплаты будут производиться вовремя.

— Неужели у вас тогда не возникало опасений?

— Определенные сомнения, не скрою, закрадывались. Но все-таки спортивная составляющая выходила на первый план. Хотелось попробовать свои силы в Турции, в новой стране, среде. Поэтому и дал согласие возглавить «Серик».

— А что вам говорил Садыгов, когда начались задержки по зарплате?

— Каждый месяц обещал, что выплаты скоро начнутся. Я так понимаю, что Садыгов являлся главным спонсором команды. Президент и генеральный директор были турками. У них тоже спрашивал насчет выплат, но они ничего не знали.

Поэтому решил покинуть клуб. Сейчас подготовил с юристами официальное письмо в ФИФА, так как после разрыва соглашения мне ничего больше не заплатили.

— А сколько зарплат вам выплатили?

— Только одну.

Источник: «СЭ»